вписать адрес сайта
Телефон приемной:
(8-0152) 61-11-81
Версия для
слабовидящих
» » ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ГРОДНЕНСКОЙ ОБЛАСТНОЙ КОЛЛЕГИИ АДВОКАТОВ С. П. КОЖАКИН: ГЛАВНЫЕ ВЕХИ ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ПО МАТЕРИАЛАМ «ЛИЧНОГО ДЕЛА»)
31
августа
2021

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ГРОДНЕНСКОЙ ОБЛАСТНОЙ КОЛЛЕГИИ АДВОКАТОВ С. П. КОЖАКИН: ГЛАВНЫЕ ВЕХИ ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ПО МАТЕРИАЛАМ «ЛИЧНОГО ДЕЛА»)

Черепица
Черепица
Вадим Валерьевич
председатель коллегии 230023, г. Гродно, ул. 1 Мая, 19, 2-й этаж +375 29 785-03-01

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ГРОДНЕНСКОЙ ОБЛАСТНОЙ КОЛЛЕГИИ АДВОКАТОВ С. П. КОЖАКИН: ГЛАВНЫЕ ВЕХИ ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ                           (ПО МАТЕРИАЛАМ «ЛИЧНОГО ДЕЛА»)

Высокий авторитет Гродненской коллегии адвокатов в республике объясняется очевидной сплоченностью работы всего коллектива и чувством высокой ответственности каждого адвоката за добросовестное выполнение своих профессиональных обязанностей. Слаженная работа коллектива коллегии в значительной степени зависит и от умения его руководства организовать и направить работу специалистов на выполнение главных задач, стоящей перед адвокатурой. За многие годы существования Гродненской областной коллегии адвокатов во главе ее находилось немало мудрых и талантливых руководителей, каждый из которых внес свой особый вклад в деятельность сообщества. Их принципы, методы и стиль руководства во многом базировались на их жизненном и профессиональном опыте, а также на той законодательной базе, которая лежала в основе деятельности адвокатуры в тот или иной период истории белорусской государственности.

В первые послевоенные годы адвокатура области делала еще только свои первые шаги. Остро ощущалась нехватка специалистов, а также необходимых для их работы условий, но желание внести свою посильную лепту в утверждение принципов законности, справедливости и защиты прав человека помогало адвокатам преодолевать все трудности сложного времени. Многое в этом деле зависело от жизненной закалки руководителя и его идейной настроенности на достижение поставленной цели. Наличия всего этого было более чем достаточно у Степана Павловича Кожакина – председателя Гродненской коллегии адвокатов с мая 1954 по май 1958 года. Этот человек по возрасту был на 10 и 15 лет старше двух своих предшественников на председательском посту, а это значит, что и пережить ему по сравнению с последними пришлось немало. Без всякого преувеличения можно утверждать, что по его биографии можно изучать историю страны с конца ХIХ века до начала 1960-х годов, и это при том, что все его «Личное дело» вполне умещается на 22-х его страницах. Непростым был и путь С.П.Кожакина к профессии юриста.

Свое заявление о приеме в члены Гродненской областной коллегии адвокатов С.П. Кожакин написал 4 мая 1956 года. В тот же день он заполнил и «Личный листок по учету кадров». В отличии от сегодняшнего «Листка по учету кадров» он имел ряд существенных отличий, отражавших направленность кадровой политики того времени. В нем, к примеру, помимо фамилии, имени и отчества, года и месяца рождения, указывалось и место рождения, причем, как по существовавшему в то время административному делению (село Давыдовка, той же волости, Николаевского уезда, Самарской губернии), так и по существующему на момент заполнения документа (село Давыдовка, Пугачевского района, Саратовской области). Вслед за указанием национальности (русский) шла графа о социальном происхождении, в которой отмечалось бывшее сословие (звание) родителей (крестьяне-бедняки) и их основное занятие до Октябрьской революции и после нее (сельское хозяйство, тоже). Далее называлась основная профессия (занятие) заявителя (юрист), стаж работы по этой профессии (17 лет), социальное положение (рабочий), партийность (член КПСС, партстаж с 1928 года, в комсомоле и в других партиях не состоял, в антипартийных группировках не участвовал, колебаний в проведении линии партии не имел; являлся членом профсоюза работников госучреждений с 1922 года). После граф об образовании (среднее) и выполняемой работе с начала трудовой деятельности (включая военную службу), об участии заявителя в выборных партийных и советских органов, наградах, полученных им в 1945 году (медаль «За победу над Германией» за участие в боевых действиях в 1941 году и медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.), размещалась и другая информации из жизни С.П. Кожакина, но более подробно о ней говорится уже в его «Автобиографии».

Три страницы этого документа оставлены практически без изменений, но с некоторыми дополнениями и комментариями автора статьи с целью расширить представления сегодняшнего читателя о главных вехах биографии председателя коллегии. Итак: «Я, Кожакин Степан Павлович, родился в 1897 году в семье крестьянина-бедняка, в селе Давыдовке Пугачевского района Саратовской области. Родители мои, при наличии семьи из 7- 8 человек, имели в своем хозяйстве одну лошадь и периодически одну корову. В 1910 году я поступил на работу к местному кулаку и работал у него до призыва меня в армию в период первой империалистической войны». В этих строчках обращает на себя внимание факт переименования бывшего уезда (Николаевского), якобы связанного с именем последнего императора Николая II, на новое название уже района (Пугачевского), по имени легендарного руководителя казацко-крестьянского восстания 1773-1775 годов. Вызывает вопрос и то, что здесь Степан Павлович ничего не пишет о своей учебе. Скорее всего, что читать и писать он научился в семье.

Далее Кожакин сообщает о своей службе в царской армии: «С мая месяца 1916 года по март 1918 года служил в 1-ом Лейб-гвардии стрелковом полку конным разведчиком, воевал на Австрийском фронте». К сказанному добавим, что в этот «Его Величества» полк набирали грамотных, рослых, крепких и хороших по своим морально-психологическим качествам парней. Этот полк был образован на завершающем этапе Крымской войны со всеми правами и преимуществами старой императорской гвардии. Принимал участие в подавлении польского восстания 1863 года, отличился в сражениях русско-турецкой войны 1877-1878 годов. С 1861 по 1914 годы полк дислоцировался в Царском Селе, в загородной резиденции российских императоров. Его шефами были Александр II, Александр III и Николай II. В годы Первой мировой войны 1-ым Лейб-Гвардии Его Величества полком командовали генерал-майор Левстрем, полковники Крейтон, Верниковский и Канушин. О своих боевых наградах этого периода Кожакин ничего не сообщает, хотя известно, что конные разведчики, в том числе и он, всегда находились на острие всех сражений, а потому на их награждение командование не скупилось.

Отмечает С.П. Кожакин в своей «Автобиографии» и такой эпизод своей армейской службы: «С ноября месяца 1917 года наш полк, в том числе и я, принимал участие в борьбе с гайдамаками и юнкерами на Украине, а в июле 1918 года я добровольно вступил в Суровский кавалерийский полк 25-й Чапаевской дивизии наблюдателем при конной батарее, где и находился до полной ликвидации Уральского фронта, т.е. до июля месяца 1920 года».  В этой части воспоминаний Кожакина, как само собой разумеющее, присутствуют такие события как отречение Николая II от престола, приход к власти Временного правительства, разброд и шатание в полку (одни остались верными присяге, а другие потянулись к большевикам). Однако даже после их прихода к власти 1-й стрелковый полк все еще существовал как военная единица. Более того, он участвовал в той неразберихе, которая сложилась на оккупированной немцами Украине, где в борьбе за свое главенство столкнулись монархисты Скоропадского, гайдамаки УНР Петлюры и большевики - сторонники установления здесь советской власти. К этому времени Кожакин вместе с многими своими однополчанами вступил в Красную гвардию, а затем принял участие в начале 1918 года в разгроме на станции Круты отряда гайдамаков, а также примкнувшим к ним юнкеров, тем самым открыв красным путь на Киев.

В ходе этой операции Степан Кожакин серьезно заболел, после чего в течении трех месяцев находился на излечении, как он записал в «Личном листке», у себя на родине, «при хозяйстве отца». Когда же там в г. Николаевск (сейчас г. Пугачевск) летом 1918 года начала создаваться 1-ая Николаевская советская пехотная дивизия, ставшая затем Самарской, а с октября 1919 года -  25-й стрелковой имени В.И. Чапаева дивизией, то Кожакин добровольно вступил в ее 1-й кавалерийский полк, получивший в обиходе название Суровский (по имени его создателя П.А. Сурова, друга и соратника комдива Чапаева). В его составе он участвовал в боях с чехами, уральскими казаками и белогвардейцами из армии адмирала А.В. Колчака, начиная от Самары до Уфы. Особенно прославился Суровский полк в бою под Левинкой, где красные кавалеристы Чапаевской дивизии наголову разгромили соединение противника из шести тысяч сабель при 33 орудиях. Большую роль в этой операции сыграла и конная батарея, где наблюдателем-корректировщиком огня был Степан Кожакин. Удачным для полка был и его поход на Уральск, за что командующий Восточным фронтом М.В. Фрунзе наградил командира полка П.А. Сурова орденом Красного Знамени, а все его воины получили благодарность за одержанную победу над противником.

Летом и осенью 1920 года Кожакин являлся бойцом кавалерийского дивизиона отряда особого назначения, находившегося в г. Самаре, а в конце этого года его перевели в конную разведку 1-го Самарского стрелкового полка. В его составе он принимал участие в одном из самых драматических событий Гражданской войны – подавлении выступлений крестьян Тамбовской губернии, получивших название «Антоновский мятеж» по имени одного из командиров повстанцев. Одна из причин этих волнений - недовольство местных крестьян политикой «военного коммунизма и жестокими продразверстками, которые осуществлялись вооруженными продотрядами большевиков». В этом «мятеже» приняло участие около 40 тысяч человек. Против них была брошена крупная группировка Красной Армии под командованием М.Н. Тухачевского, которая действовала здесь до весны 1922 года. Об этом событии, как и о борьбе с вооруженными националистическими отрядами в Закавказье и басмачами в Средней Азии с марта по август 1922 года С.П. Кожакин сообщал весьма кратко, называя их участников этих событий в духе того времени «антисоветскими бандами».

О своем долгожданном возвращении к мирной жизни Кожакин писал так: «С августа 1922 года по март месяц 1927 года работал в качестве полевого рабочего у себя на родине в совхозах «Вольница» и «Любаново», а затем по май 1930 года на лесозаводе г. Пугачева в качестве укладчика пиломатериалов. В 1928 году городским окружкомом, «как сознательный рабочий и защитник идеалов революции», был принят в члены партии. После этого жизнь С.П.Кожакина пошла по другому руслу: «В 1930 году он был направили на работу в совхоз «Тракторист» в качестве председателя секции общественного питания при рабочем кооперативе. С 1932 по 1934 годы работал председателем колхоза «Путь хлебороба». Затем два года находился в должности заведующего земельным отделом Ивантеевского района Саратовской области».

  Новый поворот в биографии Кожакина произошел после окончания им в 1937 году трехгодичного юридического отделения Высшей коммунистической сельскохозяйственной школы в г. Саратове. Именно тогда по направлению Саратовского обкома партии он был направлен на работу прокурором Пугачевского района. За два года деятельности на этом ответственном посту он приобрел репутацию грамотного, ответственного и перспективного работника. Осенью 1939 года в жизни советской страны произошли весьма важные события. В обстановке роста международной напряженности и начала Второй мировой войны в состав СССР вошли территории Западной Белоруссии и Западной Украины, что потребовало необходимость оказания помощи их населению в налаживании там советской правоохранительной системы. В связи с этим в ноябре 1939 года С.П. Кожакин был направлен Прокуратурой СССР на должность прокурора Несвижского района Барановичской области, в которой он и работал «по день начала Великой Отечественной войны».

 Имея серьезный военный и партийный опыт жизни, С.П. Кожакин «с июля месяца по сентябрь 1941 года находился в составе истребительного батальона в городе Калинковичи Полесской области и госпиталях Канотопа, Саратова и Пугачева». Сегодня не все знают, что означают эти слова - «истребительные батальоны», а это были добровольческие формирования, которые создавались с первых дней войны главным образом из советского и партийного актива, а также из добровольцев, физически крепких, подготовленных в военном отношении, но не подлежащих призыву в действующую армию. На 15 июля 1941 года в западных областях БССР было создано 78 истребительных батальонов общим количеством свыше 13 тысяч человек. В зависимости от развития военных действий в эти батальоны принимали женщин и подростков. В народе сами истребительные батальоны и их бойцов называли «ястребками». На первых порах «ястребки» занимались поиском «парашютистов», диверсантов, немецкой агентуры; отлавливали «сигнальщиков», по ночам подававших знаки вражеской авиации для наведения ее на цели; тушили зажигательные бомбы и помогали милиции в борьбе с мародерами. В случае окружения или оккупации защищаемой территории противником бойцы истребительных батальонов должны были стать основой для создания партизанских отрядов и подпольных групп. Однако в реальных условиях военного времени это не всегда удавалось. Хроническая язва буквально «свалила» Кожакина, и в тех условиях его спасло только чудо.

Дальнейшая его жизнь складывалась следующим образом: «В октябре 1941 года, по окончании лечения, Саратовским обкомом ВКП(б) я был направлен на работу прокурором Татищевского района Саратовской области, а в октябре 1943 года Прокуратурой Союза ССР был отозван с этой должности и направлен на должность прокурора Дрыбинского района Могилевской области БССР», лишь совсем недавно освобожденной от немецко-фашистских захватчиков. При этом руководство Прокуратуры учитывало наличие у него предвоенного опыта С.П. Кожакина в республике. Была у этого решения и причина личного свойства: на оккупированной территории Беларуси еще находились его жена Галина и 11-летний сын Олег. Они нашли приют и убежище у надежных людей. Через год семья Кожакиных вновь счастливо воссоединилась.

Заканчивалась «Автобиография» С.П. Кожакина такими строками: «10 июля 1944 года (буквально через несколько дней после освобождения столицы республики) прокурор БССР отозвал меня из Дрыбина и назначил меня прокурором Несвижского района, где я проработал два года, после чего, с сентября1947 года и по настоящее время (4 мая 1954 года), работаю начальником уголовно-следственного отдела  прокуратуры Гродненской области. В 1950 году окончил в г. Гродно двухгодичный Вечерний университет марксизма-ленинизма, а в 1954 году – годичные Высшие курсы усовершенствования юристов при Министерстве юстиции СССР в г. Москве».

5 мая 1954 года на заседании президиума Гродненской областной коллегии адвокатов С.П. Кожакин был принят в состав Гродненской областной коллегии адвокатов. Тогда же начальник управления юстиции Гродненского областного совета депутатов трудящихся И.П. Лесников внес предложение о распределении обязанностей между членами президиума, сообщив при этом, что «обком партии и управлению юстиции рекомендуют на должность председателя президиума Гродненской областной коллегии адвокатов тов. Кожакина С.П.». В этой должности он работал целых четыре года. При распределении обязанностей среди пяти членов президиума на председателя было возложено «общее руководство коллегией, кадры и финансовая часть». Со своей работой председатель успешно справлялся, кроме того ряд лет он являлся секретарем первичной партийной организации Гродненского областного управления юстиции. Как участник ряда важных исторических событий много внимания уделял военно-патриотической, а также профилактической воспитательной работе среди молодежи. Однако прожитые нелегкие годы и проблемы со здоровьем стали все чаще напоминать ему о себе. 20 мая 1958 года С.П. Кожакин был освобожден от занимаемой должности по собственному желанию в связи с выходом на пенсию и заслуженный отдых. Как замечательный человек и опытный юрист он оставил о себе добрую память среди коллег по работе.

 

Профессор Гродненского госуниверситета им. Я. Купалы В.Н. Черепица

Председатель Гродненской областной коллегии адвокатов В.В. Черепица